Он шел, широко распахнув полы видавшего виды пальто, выставив напоказ всем полосатую тельняшку, шел вразвалку, как ходят матросы, сдвинув набекрень кепку с оторванным козырьком. Козырек он оторвал нарочно — так больше сходства с матросской бескозыркой. Из-под коротких обтрепанных штанов выглядывали голые, без чулок, покрасневшие от холода ноги. Но Ленька держался бодро, холод ему был нипочем.

Не обращая внимания на крики старухи, Ленька шел к ней, будто его это не касалось. Торговка быстро закрыла мешочек и, приняв воинственный вид, продолжала:

— Поворачивай, поворачивай, идол, мимо!

— А тут дорога для всех, — сказал он, приблизившись. — Что вы ее, закупили?

«Сейчас Моряк что-нибудь отколет!» — подумал Мишка и стал наблюдать.

— Закупила не закупила — не твое дело, а только давай поворот от ворот.

— А может, я хочу купить семечек?

— Купить? — взвизгнула старуха удивленно. — На что? В кармане-то вошь на аркане.

— Не беспокойтесь! — Ленька позвенел мелочью и показал бабке с десяток двадцатикопеечных монет. — Это что, воши или гроши?

Старуха заметно подобрела, опять стала расправлять края мешочка, выставляя напоказ свой товар.

— Вот так бы и давно. Как люди, по-хорошему: есть деньги — купи, а нет — иди мимо, — говорила она, насыпая в стакан вровень с краями семечки.

— «Мимо»! А если хочется?

— Ну попроси…

— Да, у вас выпросишь серед зимы снегу! Насыпайте полней только.

— Тебе какой, большой или маленький стакан? — спросила старуха.

Ленька мгновение подумал, прикинул что-то в уме, словно подсчитывал свои возможности, и решительно сказал:

— Давайте большой! — и он подставил карман.

Бабка высыпала ему семечки.